?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

«…Да? Да?! А вы сами хотя бы один день пробовали пожить в доме, насквозь пропахшем имбирными пряниками? То есть в буквальном смысле – насквозь. То есть, вы садитесь в маршрутку и где-то на Путёвке обнаруживаете, что старушка сзади пытается откусить капюшон вашей зимней куртки, потому что он, видите ли, «пахнет Новым годом»!
Да что там куртка, с ней всё понятно, она висит слева от дверей в кухню, ей просто ничего не остаётся, кроме пахнуть Новым годом. Но почтальоны? Почему всем нормальным людям почтальоны кладут квитанции в ящики, а к нам, на второй этаж, поднимаются лично в восемь утра, чтобы вручить плохие бумажки, при этом шевелят ноздрями, как сенбернар пожилого алкоголика возле распивочной, и двигают кадыком, даже женщины?
Ладно, например, почтальонам просто приятно с нами потрепаться. Допустим; мы достаточно дружелюбны, даже в восемь, мать, утра. Но синицы? Вы видели синиц на нашей берёзе? Их тут небольшая стайка, от силы дюжина, мы им сделали кормушку из пластиковой бутылки. Так вот, дюжина синиц за день съедает восемь полновесных горстей семечек. Они практически не улетают с этой берёзы, потому что жрут не переставая. Серёга говорит, давеча через двор к лесу пешком шли друг за другом упитанные куропатки. Я не стал с ним спорить, но точно знаю: это были вовсе не куропатки, а обожравшиеся подсолнуха синицы. К вечеру они не в состоянии взлететь, а только шкандыбают по снегу, тяжко переваливаясь с боку на бок.
Потому что невозможно не жрать, когда весь лес в радиусе ста метров густо пропитан запахом имбиря, мёда и специй.
Я ей говорю:
- Обрати внимание, весь наш день проходит по одному и тому же алгоритму: 1 Мы сидим в разных комнатах и пытаемся работать; я обрабатываю фотографии, ты, например, рисуешь глазурью. 2. Кто-нибудь не выдерживает, срывается с места и бежит в соседнюю комнату обниматься. 3. Пообнимавшись, мы хором вскрикиваем «кофейку?» И жрём. И так по кругу.
Я ей говорю:
- Бочарова, имбирные пряники нас убьют! Это кончится когда-нибудь?
- Надеюсь, нет, - отвечает она мечтательно, - По крайней мере, это будет славная смерть.
Ну, теперь вы понимаете, почему мы всё время обнимаемся?